Авантюрная Венеция

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Авантюрная Венеция » Метрическая книга » Александр Соколицкий


Александр Соколицкий

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

1. Имя или прозвище:
    Александр Борисович Соколицкий.

2. Социальный статус и род занятий:
    Подданный Российской Империи, князь, придворный в чине обер-шталмейстера.

3. Возраст:
    56 лет.

4. Внешность и особые приметы:
    Высокий, статный мужчина, с возрастом не утративший ни отменной выправки, ни крепкой хватки рук. Едва заметно прихрамывает. Волосы темно-русые, с проседью. Острый нос, тонкие губы. Глубоко посаженные серо-голубые глаза, взгляд внимательный с характерным прищуром.

5. Характер:
    Умный, наблюдательный и осторожный человек. Обладает неплохим дипломатическим даром. Любит беседы по душам, которые позволяют ему быть в курсе всех дел. Хитрец, плут, заядлый игрок, прекрасный рассказчик и приятный собутыльник. Незлоблив, не склонен мгновенно гневаться и долго держать обиду. Добр с семьей и с друзьями, в жене и детях не чает души.

6. Привычки и предпочтения:
    Самая большая и опасная страсть - игра в карты, и с этой забавой не все так просто, как кажется. Зачастую для князя она - повод узнать что-либо из того, о чем шепчутся за карточным столом. Вторая страсть - охота. Князь любит травить байки о своих военных и охотничьих приключениях, при этом не вгоняя слушателей в тоску. Третья страсть - жена и дочери, которых всячески балует.

7. Краткая биография:
    Происходит из старинного русского дворянского рода Смоленщины. Родился в феврале 1684 года, был вторым сыном в семье. Вырос в обстановке строгого надзора отца и добросердечия матушки, которая в младшем не чаяла души. В юности отличался не только спокойным и ласковым нравом, но и завидным упорством. Получил приличествующее человеку его статуса воспитание и образование. В 1706 году женился на польской дворянке Анне Тенчинской. Брак оказался счастливым, а новоиспеченная княгиня красивой и уживчивой женщиной, да к тому же, плодовитой.
    Служил в Лейб-гвардии Преображенском полку, участвовал в Прутском походе, где в возрасте 27 лет, 21 июля 1711 года попал в окружение и был тяжело ранен. В конце августа вернулся к супруге, которая на тот момент ждала второго ребенка, и малолетнему сыну. Уверенно продвигался по службе, получил полковничий чин, в силу приятного характера и наблюдательности был любим при дворе.
    В декабре 1722 года Господь награждает чету Соколицких третьим ребенком, дочерью Адой, а Александр Борисович получает звание генерал-адьютанта. В 1723 году, когда Соколицкий участвовал в персидском походе Петра, умирает его старший брат, и он остается единственным наследником семейного состояния. Несколько лет проводит в Петербурге, занимаясь делами семьи. Затем, в 1737 году, будучи уже далеко немолодым, снова отправляется воевать с османами. На этот раз после осады и взятия Очакова, князь Соколицкий возвращается в Петербург и получает чин обер-шталмейстера. С  тех пор самой любимой байкой Александра Борисовича стал рассказ о том, как у русских и осман закончились боеприпасы и они были вынуждены бросать друг в друга чем попало.
    В 1939 году Императрица Анна интересуется возможностью наладить дипломатические отношения с Венецией. Под предлогом отдыха с семьей в город на воде весной 1740 года отправляют "картежника и болтуна Соколицкого", как называли его  недруги при дворе. Перед Александром Борисовичем поставлены две серьезные задачи: разведать обстановку и "подготовить почву" для грядущих переговоров.

8. Навыки и умения, включая степень владения оружием:
    Французский, немецкий, английский, итальянский языки. Понимает турецкий, сносно может изъясняться. Хороший стрелок и фехтовальщик. Заядлый охотник, отменно держится в седле.

9. Доход, личные владения:
    Средства семьи Соколицких, родовое поместье, дом в Петербурге и выплачиваемое Государыней жалование.

10. Пробный пост:

Эх, слово неуместное, бахвальство оброненное ради красного словца за душевной беседой под вино да картишки – не в те уши влетело, и вот теперь живет князь Соколицкий далеко от родины, и, садясь вместо кареты в гондолу, может только вспоминать Москву и Петербург.
Не зря снилась в ту ночь  князю пиковая дама. Обмахивалась  она веером своим часто-часто, да глазами черными стреляла зазывно, в левой руке держала дама свернутое трубочкой письмо, будто любовное послание – не иначе. Случился сон с четверга на пятницу, и, как сказала супруга, выслушавшая откровения князя после завтрака, был вещим.  На следующий день явился посланник от государыни и передал пожелание ее видеть князя во дворце к трем часам пополудни.
Государыня-императрица изволила желать от старого вояки новых побед и свершений. И ладно бы на поле брани. Александр Борисович не заставил бы себя упрашивать – нет. Припомнила государыня рассказанную им намедни байку, спросив, с улыбкой, правдива ли была история о тайных переговорах с посланниками Бакинского хана, или же князю захотелось вдруг приукрасить фантазиями старые воспоминания? Проклинать болтливый свой язык было поздно, но можно было солгать, сказать: «виноват, государыня, придумал, чтобы друзей позабавить». И будь оно так, Сокольницкий не смущаясь, признался бы. Однако солгать не смог. Сказал, что было. Тайком от государя Петра Алексеевича было, и знали о том только Матюшкин да он.
Государыня молчала долго – думала. А после промолвила, что уже не одну неделю размышляет над тем, кого бы из подданных отправить с тайной миссией в тот самый город, что в свое время восхищал  государя-императора Петра Великого, но не может найти человека столь же лукавого, сколь честного, столь же смелого, сколь осторожного, опытного и верного, но вместе с тем такого, что, стоит только глянуть на него, и сомнение берет, а действительно ли так верен, как говорят.
Смешно было Соколицкому слышать из уст государыни чужие слова, те самые, которыми обласкал его пару дней назад один из старых сослуживцев, зато понял он, кого винить или уж благодарить за донос. Ну а поручение государыни Анны Иоановны выслушал князь с величайшим вниманием, пообещал, что сделает, все что сможет, чтобы в самые кратчайшие сроки свести дружбу с венецейскими сенаторами, а коли Господь будет благоволить в этом деле, то и с самим дожем.

Домой же Соколицкий вернулся  хмурым и нарочито мрачным, велел жене и дочери собирать вещи и готовится к путешествию, добавив, чтоб управились до среды, а остаток дня отмалчивался, заставив своих любимых женщин поволноваться. И только за ужином, когда супруга уже едва ли не причитала, напугав себя картинами жизни в опале, а Адочка, бледная и печальная, так и не притронулась к еде, объявил князь о том, куда именно предстоит поездка.
- В Венецию, едем, дорогие мои, - улыбался князь, - в Венецию.
Княгиня в сердцах высказала супругу, что думала, но посветлела лицом, а дочь обрадовалась, как подумалось тогда Соколицкому, не столько путешествию, сколько тому, что у отца все в порядке. Нехитрая эта тактика избавила Александра Борисовича от других расспросов – о цели путешествия. Жена и дочь удовольствовались  тем сортом полуправды, которая вроде бы и удовлетворяет любопытство, но вместе с тем, если задуматься хорошенько, ничего не проясняет для тех, кому сказана.

11. Связь
Есть.

+3

2

Приняты. Добро пожаловать. :)

0


Вы здесь » Авантюрная Венеция » Метрическая книга » Александр Соколицкий